Игорь Тальков-младший: «Папа учил меня быть мужиком»

Тальков-младший

Фото Сергея Миланского

Вчера исполнилось 12 лет со дня трагической гибели в Питере певца и композитора Игоря Талькова.

Дурацкий каприз ныне малоизвестной певицы Азизы, возжелавшей выступать не перед Тальковым, а после него, привел к потасовке, в которой прозвучал тот роковой выстрел. Об этой истории сегодня мало кто вспоминает. На мемориальной доске, посвященной Талькову, на Дворце спорта «Юбилейный» уже и цветов-то не увидишь. Но есть люди, для которых эта смерть будет вечной незаживающей раной.

Один из них — сын музыканта Игорь Тальков-младший. Он решил пойти по стопам отца и тоже стал музыкантом.

Анна Павлова

05.10.2003

«Бил в морду, не раздумывая»

— Отец знал, что ты хочешь стать музыкантом?

— Когда он умер, мне было 9 лет. Тогда я не думал, что буду заниматься музыкой. Да и он всегда был против этого.

— Отец занимался твоим воспитанием?

— Я вечно ходил с разодранными учебниками, ему это жутко не нравилось. Он даже забрал меня из школы и перевел на домашнее обучение. Но через два года я снова вернулся в школу… Отца дома я практически не видел. В те же минуты, когда нам удавалось побыть вдвоем, он учил меня, как стать мужиком. Например, при необходимости суметь дать в морду. Сам он регулярно посещал тренажерный зал и, когда его оскорбляли, бил, не раздумывая. Меня он воспитывал жестко. Я его даже побаивался. Один раз мне здорово влетело за вранье, когда решил подставить брата — дескать, это он сломал проигрыватель, а не я. Отец хорошо хрястнул мне тогда. Больше я ему не врал.

«У отца было много врагов»

— Почему ты решил стать музыкантом? Вдохновила музыка отца?

— Когда он был жив, я его песен вообще не слушал. А начал прислушиваться только годам к шестнадцати, когда стал влюбляться и меня поперло писать стихи и музыку. Первое время я жутко стеснялся их кому-то показывать. Слава отца давила. Говорят же, что природа на детях талантливых людей отдыхает.

— И все же набрался смелости отправиться в студию звукозаписи?

— Когда написал что-то, на мой взгляд, стоящее, решил, что пора. Выступал в пансионатах, на рынках, ездил по клубам… Был в Германии, пытался там заработать. Надо же с чего-то начинать!

— Фамилия отца помогает?

— Не всегда. У него было много врагов. Да и сам он был человек не мирный. И я на своей шкуре до сих пор ощущаю нелюбовь к нему со стороны некоторых людей. А с другой стороны, мне не надо ничего придумывать — у меня уже есть раскрученное имя.

— Ты подписал контракт с какой-то записывающей компанией?

— В моей жизни было много контрактов с подобными компаниями, и все они меня «кидали». Но сейчас все вроде складывается. Меня продюсирует мой друг Александр Корецкий.

— Так у тебя все-таки есть музыкальное образование или нет?

— Нет. Музыкой я занимаюсь непрофессионально. Поступил в Институт культуры на музыкальное отделение по классу фортепиано, но потом бросил…

— Друзья отца тебе помогают?

— Как оказалось, их у отца не было. Первые два года после его гибели в нашей квартире собиралось много народу. Все обещали помочь, но в итоге не помог никто.

«Перед зрителем приходится прогибаться»

— Ты стремишься походить на отца, в том числе в музыке?

— Похожим на отца хочет быть каждый ребенок. С другой стороны, когда мне говорят, что у меня ямочка на щеке появилась, как у отца, — это уже достало. А ведь кроме внешности у нас еще голоса очень схожи. На самом деле в детстве моим кумиром был Майкл Джексон. А я наивно полагал: чтобы стать знаменитым, достаточно написать хорошие песни. Теперь понял: главное — идти на поводу у вкусов слушателя. А ему чем проще, тем лучше. Приходится прогибаться и серьезный рок превращать в поп-рок и танцевальную музыку.

— Собираешься загрузить всех социальными проблемами?

— Да нет. Меня волнуют и любовь, и философские проблемы. Я пытаюсь, как и отец, писать о том, что пережил сам.

— Ты думаешь, отец оценил бы то, чем ты занимаешься?

— Да, он ведь и сам писал коммерческую музыку. Его концерты сначала, как правило, «грузили», а потом расслабляли. Теми же «Чистыми прудами». Кстати, эта его песня вошла в мой альбом, я сделал ее в современной обработке.

«Нас с мамой терроризировали»

— Кто решил назвать тебя Игорем?

— Мама предложила, отец не возражал.

— Кстати, чем занимается твоя мать?

— Работает ассистентом режиссера на «Мосфильме».

— А какие у нее отношения были с отцом?

— Думаю, если бы не она, он вряд ли достиг славы. Она очень поддерживала его, была настоящей женой. Хотя именно из-за нее отец перестал сниматься в фильме «Князь Серебряный», где играл главную роль. Во время съемок режиссер оскорбил мать, и отец тогда ушел со съемочной площадки. А самое интересное, фильм-то вышел, только озвучивает отца там другой человек.

— Как складывалась ваша с матерью жизнь после гибели отца?

— Начали появляться люди, которые нас терроризировали. Представлялись девами мариями, иисусами христами. И говорили, что у них есть послание от отца. Потом они пропали… Было тяжело с деньгами.

Осталось только то, что родители откладывали на квартиру. А когда в 1991 году муниципалитет выделил нам двухкомнатную недалеко от метро «Домодедовская», мы начали потихоньку тратить накопленное.

— Неужели вам ничего не доставалось с продажи папиных альбомов?

— Я тогда был ребенком, а из мамы плохой бизнесмен. Ее «развели», предложив заключить какие-то контракты. В итоге нам ничего не досталось.

«Это было заказное убийство»

— Что тебе известно о деле об убийстве отца?

— Само дело ни я, ни мама не читали. Для нас его закрыли. Убежден на все сто, что это было заказное убийство за огромные деньги, а не пьяная потасовка. Я встречался с человеком, который был водителем «скорой помощи» в то время. Так вот, он мне сказал: весь наряд знал, из питерского ДС «Юбилейный» поступали звонки, что там стреляли в Игоря Талькова. Но был дан приказ ни одной машине на помощь не выезжать. Только через 40 минут врачам разрешили ехать. А еще кто-то догадался делать отцу искусственное дыхание. При огнестрельном ранении это категорически запрещено — из сердца выкачали последнюю кровь.

— Ты не веришь в роковые совпадения? Не боишься, что можешь, не дай бог, повторить судьбу отца?

— Я фаталист и не боюсь смерти.

Библиотека